15:35 

Письма (спасибо ФБ, что я это дописала)) )

Shoni Mei
Когда у вашего соперника все тузы, остаётся только один выход: опрокинуть стол.
Автор: Shoni Mei
Фэндом: Deus Ex: Human Revolution
Персонажи: Адам и остальные по канону
Рейтинг: G; Жанры: Гет, Ангст, Романтика, Психология, Философия, Повседневность
Посвящение: себе и для себя, а ещё для Lirianne и фендому "Deus Ex" на ФБ-2013

ч. 1 Darling

Адам пишет письма. Пишет свинцом и сигаретным дымом. Пишет с нажимом, ломая грифель, ручки и клавиатуру. Пишет, зачёркивает, берёт новый лист, начинает всё сначала, чертыхается, включает компьютер, когда заканчивается в доме бумага, и идёт искать смятый черновик, понимая, что там формулировки были всё-таки удачнее.

Черновик обнаруживается за коробками вместе с катышками пыли, засохшим яблочным огрызком и старым носком. И в этом одиноком носке одинокий Адам видит столько же скрытого лиризму, сколько и в неубранной бутылке из под виски или в так и не разобранных вещах. Носок отправляется на своё место за кровать, огрызок выкидывается, а черновик разглаживается на коленке.

Адам пишет письма. Они могли бы быть длинным, но получаются почему-то всегда в одно слово. Которое, впрочем, тоже и тут же зачёркивается, стирается, вымарывается. То ли потому что Адам не мастак эпистолярного жанра, то ли потому что это слово немилосердно уносит его в то время, когда дела шли хорошо, но неизвестно куда.

Адам хочет написать всё, что хотел когда-то сказать. Что не успел, постеснялся, забыл. Или когда ему помешали, отвлекли, влезли в разговор. Адаму кажется, что последнее как-то особенно касается Причарда, но обдумывать эту мысль сейчас не имеет смысла, и он снова берётся за карандаш. Осторожно и нежно. Бережно. Карандаш последний. Остальные три переломились, как сигареты, в металлических пальцах.

Адам пишет письма. Адам напишет ещё множество незаконченных писем, но отправит только одно. А пока этого ещё не случилось, он будет снова и снова выводить заглавную D, стараясь уместить километры смысла в одном зачёркнутом слове.

ч. 2 Dismissal

Письмо получит Дэвид Шариф

То самое, единственно отправленное Адамом. Получит он его спустя месяц после той заварушки на Панхее, когда всё что могло пойти не так, пошло не так. Письмо придёт по электронной почте с темой, начинающейся на заглавную «D», и содержанием в одно предложение. Естественно, без помарок, исправлений и подчёркиваний.

Предложение краткое, чёткое и в чём-то предсказуемое, но на какое-то время всё же отправляет Дэвида в отвлечённые размышления о параллелях между Адамом Дженсеном и его библейским тёзкой. Разумеется, за исключением того, что навряд ли последний когда-либо писал заявление об увольнении. Безусловно, с поправкой на то, что навряд ли оно вообще было бы рассмотрено в небесной канцелярии.

Адам изначально пошёл за Меган. Ева изначально предложила яблоко Адаму. Все проблемы в обоих случаях начинались с женщины. Философия заканчивается после трёх «подбросить-поймать», и когда бейсбольный мячик в четвёртый раз стукается о металлическую ладонь, Шариф приходит к мысли, что быть Богом всё-таки тяжело, обременительно и, главное, неблагодарно. Но если глава компании не будет заботиться о своих сотрудниках, то возглавлять в скором времени будет нечего.

…«Генерал, человек очень полезен.
Он может летать и убивать,
но у него есть один дефект:
он может думать.»…

Крутятся в голове Дэвида где-то услышанные строчки, пока он подписывает бланк с приказом на отпуск Дженсену без проставления даты окончания. «Правильно», - соглашается Шариф. – «Всё правильно, но человек без мысли – это уже не человек.»

Шариф тоже устал и всё понимает. Шариф знает, чем живут и дышат его подчинённые несколько лучше, чем сами подчиненные друг друга. Знает, что иногда случается ерунда, которая не срабатывает и которую невозможно предусмотреть. А ещё он знает, что сейчас Адама отпускать никак нельзя. Особенно такого Адама.

И если Адаму нужна новая Ева, то Шариф её создаст.

ч. 3 Derisive ("Лукавый" ФБ-2013)

Фрэнсис Притчард – заноза в заднице и притча во языцех. Язва всего отдела. При нём не могут, но без него никак. Злые языки поговаривают, что Притчард сам же и устраивает хакерские атаки на «Сариф Индастриз», чтобы создавать видимость работы и не скучать, но, так как доказать этот факт не могут, а поймать с поличным не получается, домыслы остаются домыслами, хоть и не лишёнными некоего основания.

Откуда пришёл Притчард и почему работает на Шарифа – тайна, покрытая мраком. Ходят противоречивые версии, с каждым разом обрастающие новыми деталями и подробностями. Притчард знает их все. Более того, особо удачные, на его взгляд, он придумал и распространил сам.

Истину по определению и согласно занимаемой должности знает только глава «Шариф Индастриз». И ещё Афина, которая по умолчанию профессионально чувствует то, о чём точно знает Дэвид, вероятно, догадывается Притчард, краем уха слышала Малик и начинает подозревать Адам. Впрочем, Малик Притчард сказал сам под видом очередной байки, чтобы полюбоваться на её реакцию.

В каждом помещении, согласно технике безопасности, установлены камеры слежения. Данные записываются и формируются для специалиста по безопасности Адама Дженсена, но оседают почему-то в бездонных закромах родины Притчарда.

Поэтому, когда Притчард смог закорячить свой мотоцикл в кабинет, обходя протесты сослуживцев и используя служебный лифт, попутно пачкая поручни и кнопки машинным маслом, никто, собственно, и не удивился, что сие действо абсолютно никак не отразилось в записях камер наблюдения или дисциплинарных взысканиях.

В отличие от Адама, по ошибке заплутавшего в дамский туалет.

Про отношения между двумя начальниками отделов тоже ходят слухи, которые, правда, некоторые сотрудницы предпочитают обсуждать лично, с глазу на глаз, и за пределами Шариф-билдинг.

Притчард в курсе и этих слухов, но любезно закрывает на них глаза. Заслать «письмо счастья» с вирусом на домашние компьютеры местных любительниц сплетен он может и с закрытыми глазами. По памяти.

Так или иначе, Притчард скорее рад, чем нет, что Адам благополучно вернулся с Панхеи, и в честь такого события зубоскалит в два раза больше обычного. Адам то ли уже свыкся с голосом в голове, то ли забыл отключить инфолинк, то ли тоже рад снова слышать Фрэнсиса. Аналитический ум Притчарда допускает и такую вероятность.

Как впрочем, и вероятность того, что в стальном, пуленепробиваемом Адаме что-то всё-таки надломилось. Что-то, что никак не отражается в его искусственных глазах, но что не сможет починить ни Притчард, ни Шариф, ни всё врачи клиник вместе взятые.

Как впрочем, и вероятность того, что если Адам в ближайшее время не выйдет из своего долгосрочного «отпуска», работа грозит стать до омерзения скучной без объекта каждодневных упражнений в остроумии.

Притчард задумчиво кусает подтаявший энергетический батончик и, пачкая клавиатуру перемазанными подтаявшим шоколадом пальцами, начинает набирать письмо Малик, вспоминая чудесную пословицу: «Где сам не справляется, дьявол посылает женщину».

ч. 4 Duty ("Обязанность" ФБ-2013)

Покажи мне людей,
Уверенных в завтрашнем дне.
Нарисуй мне портреты погибших на этом пути.
- Кино – Война

Пока остальные будут думать, Малик сделает.

Фарида Малик может выслушать, дать совет и составить компанию. Она умеет быть одновременно решительной, непринужденной и милой в любом обществе, умудряясь оставаться самой собой. Постоянно увлекаясь чем-то новым, она хочет нырнуть с аквалангом, сходить в оперу, записаться на танцы, прочитать полное собрание сочинений Азимова и слетать в Россию. Стоит добавить, что Малик – это единственный человек, которому Притчард периодически доверяет ключи от своего мотоцикла.

Фариды не было в Детройте две недели, и то, что Адам собирается уволиться, она узнает со слов Фрэнка по прилёте. Она не успеет толком отдохнуть, составить отчёт и высушить влажные после душа волосы, но уже достанет бутылку коллекционного виски, купит блок сигарет, соберёт сумку с продуктами и вызовет такси. Фарида нужна на работе и Шарифу, но поедет в гости к Дженсену. Потому что для Фариды главное в дружбе – необъективность.

А ещё есть самолёты, из которых, если бы не Адам, ей не выпрыгнуть.

Руки Малик оттягивают пакеты, поэтому в дверь она деликатно стучится ногой в тяжёлом ботинке. Адам открывает не сразу. Ровно в промежуток между третьим пинком и четвёртым, который уже приходится по голени стоящего в дверном проёме хозяина. Фарида извиняющее ойкает, огибает застывшего в проходе Адама, уверенно ныряет в кухонный блок и начинает греметь посудой. Звенят вилки, хлопают ящики, шелестят пакеты, разрушая полуфабрикатность холостяцкой жизни.

Пока режутся овощи для пасты, шкворчит мясо и ставятся на огонь макароны, Малик рассказывает, как прошла командировка, на сколько успели повысить цены на топливо для «птички», и почему французская команда так и не вышла в высшую лигу. Хотя насчёт последнего она лично не уверена, так как слышала новость от Кассан, а ты, Адам, сам знаешь этих телевизионщиков…

Адам знает, поэтому рассеянно кивает и, крепко зажимая сигарету губами, идёт помогать мыть посуду.

Они болтают обо всём и ни о чём конкретно. Фарида ничего не спрашивает, а Адам ничего не отвечает. И обоим это кажется более чем правильным. Знаки и символы правят миром, а не слово и закон. А ещё назойливые, упрямые друзья, не позволяющие тебе навеки уйти в гробовое молчание. Потому что для Фариды главное в дружбе – понимание.

Пасту они едят перед телевизором на диване. Малик по старой привычке забирается с ногами, поджимая их под себя. На экране мелькают кадры новостных сводок очередной забастовки с погромом, прерываясь рекламными роликами стирального порошка и элитной косметики. И это тоже символ. Или знак. Малик ещё не определилась, но считает, что в этом определённо есть что-то от того самого недочитанного Азимова.

Дурак тот человек, кто сказал, что металл холодный. Это Фарида понимает, облокачиваясь на плечо развалившегося на своей половине дивана Дженсена. Как и то, что она сама не спала вот уже двое суток, что пасту они доели, а у монотонной Кассан чертовски убаюкивающий голос. Адам меняет положение, что бы было удобно им обоим, и пристраивает подбородок на макушку Малик.

Фарида не говорит «Ты сильный», «Все пройдет» и «Время лечит». Фарида не смотрит жалостливыми глазами, не лезет с вопросами и не советует знакомого психиатра. Фарида не изображает, что всё в порядке, но принципиально не замечает смятые листочки бумаги и поломанные карандаши.

Фарида просто делает, пока остальные только думают. Ей не жалко. Потому что для Фариды главное в дружбе – своевременность.

запись создана: 03.03.2013 в 06:44

@темы: Мои фанфики, Моя проза, Deus Ex

URL
Комментарии
2013-03-03 в 07:07 

Lirianne
we always return, time and time again
КТО ЖЕ ТАК БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ДЕЛАЕТ
я чуть полдуши не потерял
у меня в ленте фикло по деусу!
*прослезилась*
только с телефона кат не открывается, что за жизнь т_т

2013-03-03 в 14:57 

Shoni Mei
Когда у вашего соперника все тузы, остаётся только один выход: опрокинуть стол.
Хе-хе-хе, рада радовать)) Сама рада. Адам - это всегда и везде хорошо.
на тему лиризма. Да я знаю, что лиризма, но выбрала "лиризму", как более просторечный вариант. Это как "человеки". В общем. авторская запятая х))

URL
2013-03-03 в 15:48 

Lirianne
we always return, time and time again
атмосферно вышло :heart: и Адама жалко :с
давно хотела чтобы кто-нибудь обыграл тему того, что он силу не контролирует
ииии бардак дома! узнаю Дженсена %)
спасибо, король, за клевую зарисовку :heart:
тапочку? с:

2014-08-09 в 02:34 

Элентари
Не будите Спящую-в-огне
обляденная вещь.
спасибо.
*мимокрокодил*

2014-08-09 в 03:42 

Shoni Mei
Когда у вашего соперника все тузы, остаётся только один выход: опрокинуть стол.
URL
   

Власть несбывшегося

главная